Текст: Софья Сванидзе

«Анненский тоже могуч, но мощью не столько Мужской, сколько Человеческой. У него не чувство рождает мысль, как это вообще бывает у поэтов, а сама мысль крепнет настолько, что становится чувством, живым до боли даже. Он любит исключительно "сегодня" и исключительно "здесь", и эта любовь приводит его к преследованию не только декораций, но и декоративности. От этого его стихи мучат, они наносят душе неисчислимые раны, и против них надо бороться заклинанием времен и пространства».

«Жизнь стиха», Николай Гумилев

Иннокентий Федорович Анненский родился 20 августа (1 сентября) 1855 года в Омске. В этом городе на протяжении 11 лет служил его отец Федор Николаевич Анненский. Он был видным чиновником в отделении Главного управления Западной Сибири. Мать поэта Наталья Петровна Анненская (Крамолина) посвятила жизнь воспитанию шестерых детей. В семье бытовало убеждение о её родстве с Александром Сергеевичем Пушкиным: мать Натальи Петровны была замужем за одним из сыновей арапа Петра Великого.

Иннокентий Анненский полюбил Слово ещё в своем детстве. Он достаточно часто проводил время со своим старшим братом Николаем, человеком высокообразованным и деятельным. Благодаря его активному участию в интеллектуальной и духовной жизни мальчика Иннокентий Анненский обрел страсть к языкам. Помимо русского, в тот период он выучил французский и немецкий. Позже, во время школьного обучения за пределами родного дома, к ним прибавились латинский и греческий.

Не менее важную роль в образовании сыграл отец. Его большой авторитет позволял ему отдавать сына в престижные гимназии.

Множественное число здесь фигурирует неслучайно: Иннокентий успел сменить несколько образовательных учреждений, прежде чем получить аттестат. Обучение сопровождалось перерывами из-за сердечной недостаточности, которая мучила поэта всю его жизнь. В 1865‒1868 годы он учился в частной школе, после чего перешел во 2-ю прогимназию. В 1869 году юный Анненский перешел в частную гимназию имени В. Беренса, и уже через шесть лет успешно сдал экзамены на аттестат зрелости при гимназии «Человеколюбивого общества» в Санкт-Петербурге. В этом же году он поступил в Петербургский университет на историко-филологический факультет.

За время своего университетского обучения Иннокентий Анненский получил разностороннюю подготовку: овладел 14 языками, в том числе разными славянскими, санскритом и ивритом; изучил фольклор и литературу различных народов. Особенный интерес у него вызывали славянский фольклор, русская и древнегреческая литература.

В 1879 году он окончил университет со степенью кандидата и правом преподавать древние языки.

Приобретенные знания в дальнейшем нашли свое выражение в его научной, педагогической, переводческой, критической и литературной деятельности.

Стихи Иннокентий Анненский начал писать стихи достаточно рано, ещё до своего поступления в университет. Отзывался он об этих первых опытах нелестно.

«Так как в те годы (70-е) еще не знал слова символист, то был мистиком в поэзии и бредил религиозным жанром Мурильо, который старался "оформлять словами".

Черт знает что! <…> В университете — как отрезало со стихами.

Я влюбился в филологию и ничего не писал, кроме диссертаций...»

«Первые литературные шаги», Иннокентий Анненский

Из его ранних поэтических опытов особо выделяется «Из поэмы "Mater dolorosa"», — единственное стихотворение, которое он хранил на протяжении долгих лет. В 1908 году большая часть его первых стихов и переводов была им уничтожена.

После окончания университета (1879) Иннокентий Анненский отправился преподавать латынь и греческий язык в частную гимназию Ф. Ф. Бычкова (потом — Я. Г. Гуревича). На тот момент эта гимназия считалась одной из лучших в Петербурге.

Осенью того же года он вступил в брак с Надеждой Валентиновной Хмара-Барщевской (в семейном кругу — Диной), матерью двух сыновей подросткового возраста.

Уже через год у новобрачных родился сын Валентин, который в будущем станет поэтом и возьмет себе псевдоним «В. Кривич».

«<...> Понятие "добрый" в обиходном смысле этого слова как-то не подходило к отцу. Слишком уж весь он был не прост и сложен.

Был он человеком очень щедрым, широким и по натуре и по привычкам, утонченно любезным в общениях с людьми. Он очень баловал родственных и вообще близких ему детей, очень любил сделать приятное окружающим, м<ожет> б<ыть> даже иногда и с ущербом для себя, но в большом — то, что внешне могло быть названо его добротой, как мне всегда казалось, в своем спектре состояло главным образом из волнений большого ума, проницательности, чувства долга и справедливости, в высшей степени у него развитых, и снисходительности; а м<ожет> б<ыть>, даже и чувства жалости, и притом иногда жалости сверху вниз».

«Об Иннокентии Анненском. Страницы и строки воспоминаний сына», Валентин Кривич

С появлением семьи Анненскому пришлось работать вдвое больше, в связи с чем 1880-е годы были насыщены педагогической и публицистической деятельностью. К гимназии Я. Г. Гуревича прибавился Павловский институт — закрытое среднее учебное заведение для девушек, в котором он вел уроки русской словесности. Также он начал читать лекции по исторической грамматике на Высших женских (Бестужевских) курсах. В свободное от занятий время Анненский писал статьи для научных изданий, в частности для «Журнала Министерства народного просвещения». В 1887 году в журнале «Воспитание и обучение» вышли две его статьи о поэзии Я. П. Полонского и А. К. Толстого, принесшие ему славу в профессиональных кругах. Стихи в этот период имели характер экспромтов, которые Анненский придумывал в узком семейном кругу. Из полноценных стихотворений сохранилось только «Notturno», датируемое 1890 годом.

В январе 1891 года его назначили на пост директора Коллегии Павла Галагана в Киеве. В этот период у Анненского возникла идея перевести все трагедии Еврипида, сопроводив их комментариями и статьями. Эта идея не оставляла его до самой смерти.

Спустя два года работы ему пришлось покинуть Коллегию из-за разногласий с её попечительницей и перейти в 8-ю петербургскую гимназию. Он был её директором с 1893 по 1896 годы. Эти три года были, пожалуй, одни из самых спокойных за всю профессиональную деятельность Анненского. Он продолжал работать над переводами Еврипида, некоторые трагедии уже публиковались в «Журнале Министерства народного просвещения». Отличаясь от предыдущего директора мягкостью и неординарным подходом к обучению, он сразу же расположил к себе учеников.

«Большой спайкой была и постановка на гимназической сцене еврипидовского "Реса" в переводе отца — этот совершенно исключительный в жизни средней школы спектакль, сделавший в области внедрения знаний по вопросам греческого языка и вообще античности во много раз больше, чем страницы сухих учебников и десятки всяческих extemporalia! Целый ряд учеников, принимавших участие в этом спектакле, стали убежденными "классиками"».

«Об Иннокентии Анненском. Страницы и строки воспоминаний сына», Валентин Кривич

В 1896 году Анненский был назначен директором Николаевской мужской гимназии в Царском Селе, постоянной резиденции императора. Служба в Николаевской гимназии претила ему, но переводы и литературная деятельность не приносили больших доходов, и Анненский согласился на предложение министра народного просвещения. Несмотря на отторжение, которое поэт испытывал по отношению к директорским обязанностям на новом месте, он держался достойно: проводил вдохновляющие занятия, вставал на защиту своих учеников и посвящал себя искусству. В это время в гимназии учились будущие известные деятели культуры: поэт-акмеист Николай Гумилев и искусствовед Николай Пунин. Царскосельский период по праву можно считать взлетом творческих сил Анненского. Так, он написал в это время три оригинальных трагедии на сюжеты античных мифов: «Меланиппа-философ» (1901), «Царь Иксион» (1902), «Лоадомия» (1902»). Все они были опубликованы. 1904 год был ознаменован выходом сборника стихотворений Анненского «Тихие песни», в котором он выступал под псевдонимом-анаграммой «Ник Т—о».

В 1906 году Иннокентия Анненского лишили поста директора и перевели на должность инспектора Петербургского учебного округа. Это решение было принято по большей части из-за успешной попытки Анненского оправдать своих учеников, участвовавших в антигосударственной демонстрации, в меньшей степени — из-за его родства с революционно настроенным Николаем Анненским.

Теперь поэту приходилось ездить из города в город, занимаясь работой, которая его угнетала. С больным сердцем такая служба становилась особо тяжелым испытанием, и всё же он находил силы на творчество. В 1905 году он пишет ряд статей о русских прозаиках XIX–XX веков, которые позже войдут в сборник «Книга отражений». Летом 1906 года Иннокентий Анненский завершил драму «Фамира-кифарэд», в этот же период у него вышла книга «Театр Еврипида», которая, к сожалению, осталась незамеченной. В 1907–1908 годах появились новые статьи уже для «Второй книги отражений».

Весной 1909 года у Иннокентия Анненского появился шанс познакомиться с литературными деятелями Петербурга и опубликовать свои работы в новом литературно-художественном журнале «Аполлон». В октябре этого же года в журнале вышло три стихотворения Анненского («Ледяной трилистник») и часть статьи «О современном лиризме», рассчитанной на несколько номеров. Однако со следующего, ноябрьского номера публикации произведений Анненского прекратились. Так, выход сборника стихов «Кипарисовый ларец» был отложен. Чуть позже появилась возможность напечатать книгу в издательстве «Гриф» через посредство Максимилиана Волошина, однако поэт не дожил до её выхода.

В октябре Анненский решил покинуть службу в учебном округе. Решение о его полной отставке вышло 20 ноября.

30 ноября 1909 года Иннокентий Анненский скончался от инфаркта на ступенях подъезда Царскосельского (ныне Витебского) вокзала.

«<…> "Не правда ль, больше никогда

Мы не расстанемся? довольно..."

И скрипка отвечала да,

Но сердцу скрипки было больно.

Смычок все понял, он затих,

А в скрипке эхо все держалось...

И было мукою для них,

Что людям музыкой казалось.

Но человек не погасил

До утра свеч... И струны пели...

Лишь солнце их нашло без сил

На черном бархате постели.

С кем не случалось этого? Кому не приходилось склоняться над своей мечтой, чувствуя, что возможность осуществить её потеряна безвозвратно? И тот, кто, прочитав это стихотворение, забудет о вечной, девственной свежести мира, поверит, что есть только мука, пусть кажущаяся музыкой, тот погиб, тот отравлен. Но разве не чарует мысль о гибели от такой певучей стрелы?»

«Жизнь стиха», Николай Гумилев      

Похороны поэта прошли 4 декабря в Царском селе. Большое     количество людей, пришедших проститься с ним, показало, насколько он был любим и уважаем как человек и деятель просвещения.

Стоит отметить, что талант Анненского-поэта еще при его жизни признавали такие яркие фигуры Серебряного века, как Александр Блок, Константин Бальмонт, Максимилиан Волошин и Валерий Брюсов. Слава в широком смысле этого слова пришла к Иннокентию Анненскому лишь посмертно.

Весной 1910 года вышел сборник «Кипарисовый ларец», в 1913 году была издана трагедия «Фамира-кифарэд», а в 1916‒1917 годах в издательстве М. и С. Сабашниковых вышли четыре тома переводов драм Еврипида. Чуть позже, в 1923 году, одновременно увидели свет «Посмертные стихи» под редакцией В. Кривича и переиздания «Тихих песен» и «Кипарисового ларца».

«Анненский при жизни не был популярен и не дождался признания, но нет сомнения, что имя его постепенно с распространением истинной культуры дождется у потомков заслуженной славы».

«Иннокентий Анненский», Павел Митрофанов

Поэт будто бы знал, что его труд себя оправдает. Не зря в одном из своих писем он заявил: «работаю исключительно для будущего».

Впоследствии Анна Ахматова называла Иннокентия Анненского своим учителем и предтечей, а ее муж, известный русский искусствовед и авангардный теоретик Николай Пунин, считал, что Анненский опередил весь русский символизм.

Список литературы

1.   Анненский И. Ф. // Русские писатели. 1800–1917: Биогр. словарь. М.: «Большая Российская энциклопедия», Фианит, 1989.

2.   Анненский И. Ф. Книги отражений. М.: «Наука», 1979.

3.   Большая энциклопедия: в 20-ти т. Т. 1. / Под ред. С. Н. Южакова. СПб.: Типография товарищества «Просвещение», 1904.

4.   Гумилев Н. Сочинения в 3 т. Т. 3. Письма о русской поэзии / Подгот. текста, примеч. Р. Тименчика. М.: «Художественная литература», 1991.

5.   Иннокентий Анненский глазами современников / Вступительная статья Кихней Л.Г, Шелогурова Г.Н. СПб.: Росток, 2011.

6.   Лавров А. В, Тименчик, Р .Д. Иннокентий Анненский в неизданных воспоминаниях // Памятники культуры. Новые открытия, 1981. Л.: «Наука», 1983.

7.   Кривич В. Иннокентий Анненский по семейным воспоминаниям и рукописным мат-лам // Литературная мысль. 1925. № 3.    

8.   Русская литература XX века. 1890‒1910. М.: Мир, 1915.

9.   Русские писатели, XX век: Биографический словарь: А — Я / Сост. И. О. Шайтанов. М.: Просвещение, 2009.

10.Петрова М., Самойлов Д. Загадка Ганнибалова древа // Вопросы литературы. 1988. № 2.

11.Фидлер Ф. Ф. Первые литературные шаги: Автобиогр. соврем. рус. писателей / Собр. Ф.Ф. Фидлер. М.: тип. т-ва И.Д. Сытина, 1911.